Террористов можно либо победить, либо убедить

By admin

Должен ли новый президентский полпред на Северном Кавказе иметь право отправлять в отставку местных чиновников ради обеспечения порядка и безопасности? Почему не удается ликвидировать боевиков в этом регионе? Сколько на самом деле в России происходит терактов? На эти и другие вопросы “Известий” ответил Владимир Булавин, первый заместитель секретаря Совбеза.

Известия: Владимир Иванович, в США продолжается расследование скандального случая: пассажир со взрывчаткой смог попасть на борт самолета, летевшего в Детройт. Что получается – меры авиационной безопасности, принимаемые многими странами, в том числе и Россией, недостаточно эффективны?

Владимир Булавин: Этот случай действительно повлек за собой целый ряд последствий. Считалось, что система безопасности, которая существует в США, может служить образцом. На деле это оказалось не совсем так. Мы еще не получили полную информацию об этом инциденте. Но из того, что уже известно, можно сделать вывод: во-первых, было применено вещество, которое не обнаруживается обычными металлоискателями, а во-вторых, произошел сбой в системе оперативного отслеживания членов “Аль-Каиды” и лиц, связанных с ней. Очень встревожены канадцы. Самолет-то летел над их территорией. Кроме того, на носу Олимпиада, и они сейчас обеспокоены тем, насколько эффективна та система мер безопасности, которую они будут задействовать во время Игр. С этим случаем связано и то обстоятельство, что в Великобритании был объявлен повышенный уровень террористической опасности.

И: Изменится в этой связи что-то у нас?

Булавин: Было бы неоправданно после инцидента на самолете бросать все силы на укрепление авиационной безопасности, а после происшествия на поезде – железнодорожной. Нужен системный подход. Россия очень хорошо знает, что такое терроризм. Мы пережили атаки на многие объекты. И весь этот накопленный опыт был заложен в основу государственной системы противодействия терроризму.
Напомню, что в прошлом году в России принята Стратегия национальной безопасности. В стратегическом национальном приоритете “Государственная и общественная безопасность” прописано, что основным источником угроз национальной безопасности является террористическая деятельность организаций, группировок и отдельных лиц. Мы тесно взаимодействуем с Национальным антитеррористическим комитетом, который является основным координатором по противодействию терроризму в стране. Одной из главных задач антитеррористических комиссий и оперативных штабов, которые у нас постоянно действуют в каждом субъекте, являются профилактические меры. И прежде всего – антитеррористическая защищенность тех или иных объектов.
В конце 2009 года президент Дмитрий Медведев утвердил Концепцию противодействия терроризму, разработанную НАК при участии аппарата Совбеза. В частности, она предусматривает введение в практику объявления угроз и степеней террористической опасности в стране и регламентацию действий антитеррористических комиссий, оперативных штабов, хозяйствующих субъектов в зависимости от введения того или иного уровня угрозы. Это окажет существенное влияние на укрепление системы противодействия терроризму.

И: Вы сказали, что у американцев произошел сбой в отслеживании информации. А у нас разве так не бывает – постфактум выясняется, что данные о готовящемся преступлении были, но то ли их неверно оценили, то ли не успели передать по всей цепочке?

Булавин: О каждом случае лучше говорить отдельно. Что же касается ситуации в целом, то в прошлом году у нас было предотвращено много преступлений террористической направленности – около 80. Но проявилась тенденция возвращения тактики использования смертников. Таких случаев – свыше двадцати. О том, что идет подготовка смертников, как и об их целях, узнать заранее крайне сложно. Были попытки создать систему идентификации смертника, но пока реализовать это трудно. Для России положение усугубляется тем, что у нас есть постоянная террористическая угроза, исходящая от бандформирований, которые действуют в Северо-Кавказском регионе. По поступающим данным, в прошлом году зарегистрировано более тысячи преступных деяний террористической направленности. Сюда относятся и взрывы, и обстрелы, и прочее. А собственно терактов за прошлый год совершено шесть. Хотя уголовных дел по 205-й статье возбуждено больше, с учетом предотвращенных терактов.
Есть два способа победить террористов. Либо в прямом смысле победить, с оружием в руках, либо убедить. Последняя серьезная попытка убедить – объявление амнистии в 2006-2007 годах. Нам удалось вернуть к нормальной жизни около 800 человек. А за прошедший год на Северном Кавказе было нейтрализовано почти 450 бандитов, задержаны еще 800 человек. По этим цифрам можно сделать вывод: бандформирования восполняются. Иначе при таких темпах мы с этим явлением давно бы уже покончили.

И: Что в этом смысле даст создание нового федерального округа?

Булавин: На восполняемость бандитских групп и подполья на Северном Кавказе “работают” безработица, коррупция, организованная преступность. И образование нового округа, введение должности полномочного представителя президента как раз будет направлено на создание в республиках Северного Кавказа просвещенного, социально защищенного, толерантного общества.

И: Но хорошее образование и достойная зарплата еще не дают гарантии. Помните взрыв в лондонском метро в 2005 году? Смертником был школьный учитель, родившийся и выросший в Великобритании…

Булавин: Что такое терроризм? Это идеология насилия. Что толкает людей на насилие? Иногда – элементы религиозного фанатизма. Но если говорить применительно к Северному Кавказу, то, на мой взгляд, таких там немного. В основном эти люди “работают” за деньги.
А тот британец… Видимо, попал в руки жестких учителей. В свое время во многих регионах России были вскрыты ячейки “Хизб-ут-Тахрир-аль-Ислами”, называющей себя политической партией. На самом деле это террористическая организация, претендующая на власть. Было проведено исследование: кто ее “контингент”, кого и как привлекают в эти ячейки. Они играют на тонких струнках – и происхождение, и принадлежность к той или иной нации, религиозные убеждения. С оружием в руках мы террористов, конечно, победим, тут у меня сомнений никаких нет. А вот как их разоружить идеологически – достаточно серьезный вопрос. Это нужно делать активно, причем с учетом всей национальной специфики и особенностей менталитета, жизненных укладов.
Если же вернуться к Северному Кавказу, то сейчас очень трудно вычленить из всех совершенных преступлений террористической направленности те деяния, которые действительно являются террористическими. Там на самом деле целый клубок: организованная преступность, коррупция, клановость, борьба за власть, за собственность, кровная месть. И в каждом случае надо разбираться. Повторюсь: не все то, что большинство воспринимает как теракты на Северном Кавказе, действительно является таковым.

И: Может быть, имеет смысл дать новому полпреду право снимать с должности не только федеральных чиновников, но и местных?
Булавин: Замена чиновников относится к тому разделу нашей жизни, который называется “кто виноват”. Наибольшую эффективность принесут меры по направлению “что делать”. И необходимо выстраивать все-таки комплексную систему. По всем направлениям. Например, в прошлом году на Северном Кавказе изъято почти две тысячи единиц огнестрельного оружия и 5,5 т взрывчатки. Значит, все это было в свое время выведено из легального оборота. Следовательно, профилактическими мерами надо охватывать не только возможные объекты посягательств террористов, но и средства, которые могут быть использованы ими в качестве орудия. Здесь уже речь идет о некой регламентации условий их хранения, перемещения, использования и списания. Например, маркирование взрывчатки – такая отечественная технология уже есть, но применяется она пока ограниченно.

Екатерина Григорьева
www.izvestia.ru